Cтатья на сайте www.kommersant.ru

В Россию и на Украину иностранцы уже два десятка лет едут за самым ценным товаром — новой жизнью

Англичанка Элизабет Адени руководит огромной текстильной компанией Delmore Ltd. К 66 годам она обзавелась солидным капиталом, особняком под Лондоном и домом на берегу океана в ЮАР. Единственное, чего у нее не было,— ребенка. В английских клиниках экстракорпорального оплодотворения ей отказали, сказав, что нужно было прийти лет на 20 раньше. Тогда Элизабет отправилась в путешествие и через год в мае 2009-го родила мальчика, став самой пожилой матерью в мире. Побить рекорд ей помогла украинская клиника, предоставившая донорскую сперму и донорскую яйцеклетку. Так что генетически наследник Адени — украинец.

Плодитесь и размножайтесь
Репродуктивные туристы появились в Восточной Европе не так давно — в 90-х годах прошлого века. Причин две: деньги и законы. Дело в том, что как только улеглись первые восторги по поводу успехов технологии зачатия в пробирке, возникли вопросы с точки зрения традиционной морали. Например, можно ли торговать эмбрионами (то есть маленькими людьми), оставшимися после экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) в заморозке, или их лучше "утилизировать"? Можно ли зачинать "пробирочных" детей геям? Или людям пенсионного возраста? Подобные размышления ввели западных законодателей в некоторый ступор, в нем они и находятся. Если не считать, конечно, ответом шквал жестких законов в области репродуктивного права в начале 2000-х годов.

Так, в Италии закон N 40 от 2004 года за донорство яйцеклеток и эмбрионов налагает штраф 300 тысяч евро. В ФРГ запрещено суррогатное материнство, как "противоречащее человеческому достоинству" и "унижающее женщину", за нарушение закона — тюремное заключение до трех лет. Те же три года тюрьмы и штраф 45 тысяч евро — кара во Франции за "посредничество при вынашивании плода для другого лица" и "симуляцию, умаляющую гражданский статус ребенка". А в китайской провинции Гуанчжоу год назад разгорелся скандал из-за насильственных абортов — их делали выявленным суррогатным матерям, которые вынашивали детей для богатых китайцев.

— Подобные запреты иногда порождают чудовищные по абсурдности ситуации,— рассказывает специалист по репродуктивному праву Константин Свитнев, директор компании "Росюрконсалтинг",— несколько лет назад прямо под Рождество в английской семье Блейд произошла трагедия: 30-летний глава семьи дома потерял сознание, впал в кому и через несколько дней умер. Перед смертью его жена успела попросить врачей забрать биологический материал супруга. Несчастная вдова несколько лет отстаивала в суде право родить ребенка от любимого человека, которого нет в живых. Ей отказали все, вплоть до Страсбурга. В итоге в виду давности процесса ей все-таки отдали генетический материал с условием, что она осуществит свою репродуктивную программу в другой стране. Сейчас у Марии Блейд подрастает двое "посмертных" детей.

По зову природы

Их «суррогатная» дочь Виктория.
По закону рынка люди с репродуктивными проблемами бегут от жесткого законодательства туда, где воплощение их мечты (а для многих рождение ребенка становится смыслом жизни) не противоречит законодательству.

— Очень часто в Россию приезжают пациенты из Италии, в том числе наши бывшие соотечественницы, вышедшие замуж за иностранцев,— говорит Елена Калинина, директор клиники АРТ-ЭКО.— Многие едут ради программ с донорскими яйцеклетками — такие программы в России с ее либеральным репродуктивным законодательством совершенно легальны. Думаю, что в ближайшем времени поток "туристов" будет только возрастать — проблем у людей меньше не становится, тем более что женщины собираются рожать все позднее.

Одна из самых известных таких "туристок", испанка Мария дель Кармен Боусада, задумалась о рождении первого ребенка в 62 года. Получив отказы в испанских клиниках, отправилась в США. В Лос-Анджелесе ее приняли, после того как она, покраснев, сообщила, что ей 50. По понятным причинам, Марии Боусаде пришлось воспользоваться донорской спермой и донорской яйцеклеткой, но вот выносить беременность она решила сама, получая мощные порции гормонов. В итоге родила двух мальчиков и умерла в прошлом году, когда детям исполнилось три года.

— В мире несколько мекк для репродуктивных туристов,— говорит юрист Константин Свитнев.— В первую очередь США. Арканзас и Калифорния — мировые центры репродуктивного туризма. Именно здесь впервые в мире официально стала родителями пара геев из испанской Валенсии. Кроме того, в США работает "право почвы": новорожденный получает право на американское гражданство, что привлекает туристов из Азии и бывшего СССР. Единственное но — цена. Стоимость репродуктивных программ в США начинается в районе сотни тысяч долларов.

Другой полюс репродуктивного туризма — Индия. Здесь самые сложные программы, включая суррогатное материнство, обойдутся всего в 15 тысяч евро. Правда, в придачу к ребенку можно заполучить целый набор проблем: от антисанитарии до юридических ошибок — известен случай, когда баварская пара несколько лет добивалась права въезда обратно в ФРГ с двойней, рожденной для них индийской женщиной.

В этом смысле Восточная Европа находится посредине: сюда едут те, кому не хватает денег на США, но кто боится ехать в Индию. Известно, что Чехия, Словакия и Польша принимают по полторы тысячи репродуктивных туристов в год. У нас официальной статистики в этом, в большой степени частном секторе медицины, нет. По всей вероятности, количество пока не так велико, хотя потенциал — огромный.

— В России иностранцев особенно привлекают процедуры, на которые есть ограничения в некоторых западных странах,— говорит Владислав Корсак, президент Российской ассоциации репродукции человека.— В частности, в 2008 году о работе по программе суррогатного материнства нам сообщили 38 центров, которые в общей сложности выполнили 430 циклов. За 15 лет работы в этой программе в нашем центре прошло 105 циклов, западных туристов из них — четверть. Последние годы их количество увеличивается, чему способствуют интернет и "сарафанное радио".

Виктория
"Международное агентство поможет вам быстро и качественно подобрать донора яйцеклеток, который будет максимально похож на вас, мы учтем национальность, цвет глаз, комплекцию и даже размер ноги донора! Также к вашим услугам — большой выбор суррогатных мам, способных выносить здорового малыша".

Такими рекламами российских и украинских клиник, переведенными на английский язык, интернет завален. Знания о России и Украине у Джанетт Руньон, как и у многих других иностранцев, складывались стихийно. В общем, их можно вместить в несколько слов: Чайковский, Достоевский, Сибирь, Шостакович и Путин. Причем обе страны ей долго казались чем-то единым.

После смерти дочери в автомобильной катастрофе Джанетт долго и неудачно пыталась забеременеть, в том числе используя донорскую сперму и донорские яйцеклетки.

— Мне было 55 лет, и украинские врачи предложили рожать с помощью суррогатной матери,— говорит Джанетт Руньон.— В Америке суррогатное материнство довольно распространенное явление. Но стоит сотни тысяч долларов. В Северной Каролине, где живу я, отношение к этому неоднозначное, поэтому, собираясь в Киев, я сказала соседям и знакомым, что еду за усыновлением. На самом деле я ехала искать суррогатную мать.

На форумах, где общаются женщины, ищущие работу суррогатными материями, "био"-иностранка кажется пределом мечтаний: по сути, это синоним слову "богатый". Тем более что, в отличие от русских заказчиков, которые могут довольно жестко контролировать свою суррогатную маму, иностранцы, как правило, после заключения контракта уезжают домой, ежемесячно отправляя беременной порядка 200-500 долларов. Да и психологически многим суррогатным мамам легче от мысли, что выношенный ребенок окажется где-то совсем в другом месте, на другом конце галактики и встретиться она с ним не сможет.

— Агентства подбирают суррогатных мам через объявления или свою базу, потом заказчики сдают биологический материал и отправляются домой,— говорит юрист Константин Свитнев.— Как правило, приезжают они уже на сами роды. После этого по российским законам суррогатная мама дает согласие, чтобы родителями записали заказчиков суррогатной программы, а по украинским они и так ими являются. Затем родители получают местное свидетельство о рождении, апостелируют его (устанавливают юридическую правомерность на территории других стран.— "О") в Министерстве юстиции, переводят на английский язык и идут в свое консульство за выездными документами.

Три недели после дня рождения Виктории счастливая Джанетт гуляла по осеннему Киеву, бегала по магазинам в поисках молочных смесей и сосок, пока наконец не отправилась в консульство США. Там юный клерк, до того не сталкивавшийся с подобными ситуациями, выслушал Джанетт, позвонил в украинскую полицию и сказал, что, по-видимому, перед ним женщина, укравшая ребенка.

Дальше все происходило мгновенно: по выходе из консульства Джанетт арестовали, выхватив ребенка из рук, надели наручники и отвезли в участок. В маленькой квартирке, которую она снимала на Крещатике, устроили обыск, после чего пропали все ценные вещи и деньги. Через три дня Джанетт выпустили под подписку о невыезде, а следующие полгода она провела в отчаянных попытках вернуть ребенка.

— На счастье я познакомилась со священником — католиком, живущим в Киеве,— говорит Джанетт Руньон.— Он предложил свою помощь, когда я оказалась на свободе без всяких средств к существованию, так что я осталась жить при монастыре. Называлось все это на самом деле религиозным домом. Каждое утро и каждый вечер я ходила с ними на молитву, а днем гуляла по моему любимому Крещатику.

Когда спустя полгода, измученная анонимными звонками с предложениями убраться из Киева, Джанетт Руньон приехала в США, ее арестовали прямо у трапа по сигналу с Украины. После судебного разбирательства Джанетт была оштрафована на 10 долларов за то, что неправильно оформила документы в консульстве, обвинение в купле-продаже детей были сняты. Так бы эта дурная история и закончилась, но ребенка Джанетт не вернули. По слухам, девочку отдали под опеку бездетной украинской паре. Сейчас Виктории уже три года.

— Надо признать, что в России такой правовой нигилизм невозможен,— говорит Константин Свитнев.— У нас не было ни одного прецедента, породившего ситуации, которые случаются в Индии или на Украине. Сейчас российское законодательство является одним из самых либеральных в мире в том, что касается правового регулирования репродуктивных технологий и позволяет всем желающим стать родителями осуществить свою мечту.

"Рожденные по намерению"
Потенциал репродуктивного туризма огромен. По очень приблизительным подсчетам, от бесплодия в мире страдают около 80 млн пар. За последние несколько лет именно клиники репродуктивной медицины становятся во всем мире одним из самых прибыльных бизнесов.

— Сегодня во всем мире наблюдается рост числа ЭКО, причем иногда его назначают уже не вполне обосновано,— говорит Наталья Фокина, заведующая центром планирования ребенка московской городской клинической больницы N 8. — Иногда женщины на вопрос о причине обращения говорят, что хотят быстрее забеременеть. Случай, который все-таки присутствует в зачатии, современного человека уже не очень устраивает. Женщины хотят, чтобы дети рождались точно по графику, когда им это удобно.

На украинских конгрессах репродуктологи высказывают мнение, что скоро западные репродуктивные туристы будут ездить в Восточную Европу чартерными рейсами. Известно, что в среднем только в донорах яйцеклеток нуждаются несколько тысяч пар из Западной Европы. Только Великобритания импортировала в прошлом году более 400 человеческих эмбрионов. А лучшее место для поисков яйцеклеток — страны, где много красивых, но бедных женщин. Кроме того, за последние несколько лет в сфере экстракорпорального оплодотворения уже выработаны и отработаны определенные протоколы, следуя которым можно получать хорошие результаты, независимо от страны.

— Современные методы лечения позволяют говорить о российских результатах, которые ничуть не хуже, чем в других государствах,— говорит Валерий Здановский, директор Центра лечения бесплодия "ЭКО" и медицинского центра "Лера".— Если, к примеру, в Бельгии в среднем частота наступления беременности в цикле ЭКО 29 процентов, то у нас она около 40. Так что иностранцы едут к нам за лечением. Сегодня это, как правило, немолодые люди из Израиля, Канады Испании, у которых есть достаточное финансовое обеспечение.

В процессе конкуренции многие репродуктивные клиники включают в свой пакет услуг встречу в аэропорту, гостиницу и обязательную экскурсионную программу. Так, в Испанию люди одновременно едут отдыхать на море и лечиться. Что-то подобное начинает зарождаться и в России, только вместо моря — Кремль и рестораны с русской кухней.

— Я верю в Бога,— говорит на одном из специализированных британских сайтов 40-летняя Кейт, ищущая в России суррогатную маму для донорской программы,— я верю в Его милость. Судьба устроена так причудливо! Может быть, моя крошка не первый год спит на дне пробирки в ледяном азоте и ждет, пока я приеду и разбужу ее. Когда она вырастет, я обязательно расскажу ей, как долго мы шли навстречу друг другу.

Что говорить этим детям — еще один вопрос, на который пока нет ответа в законодательстве ни одной страны. В мире только подрастают дети, формально имеющие шестерых родителей: трех матерей — донора яйцеклетки, суррогатную маму и маму, которая все эта затеяла, и трех отцов — донора спермы, мужа суррогатной мамы и отца. Думая, кто же в этой компании является "настоящим" родителем, прецедентное право США говорит, что это тот человек, у кого было "намерение стать родителем". Как показывает практика, если это намерение у людей есть, то сегодня родителями они могут стать в ста процентах случаев. Другое дело, через что при этом приходится пройти.